Get Adobe Flash player

«Санкт-Петербург Опера»поставит спектакль о борьбе за Крым

Юрий Исаакович, ваша крайняя постановка «Не только лишь любовь» была по-настоящему, как всем известно, триумфальной. Надо сказать то, что это признал и создатель оперы Родион Щедрин, побывавший на премьере. И действительно, ставить произведения современника труднее, чем композитора, жившего пару веков назад?
Юрий Александров: А для меня, как многие выражаются, хоть какой композитор, даже погибший двести годов назад, — все равно как живой.Ежели ты не воспринимаешь его как современника, ничего не наконец-то поделать. Всем известно о том, что я просто могу для себя также представить, что сейчас, в конце концов, раскроется дверь, войдет Доницетти и, мягко говоря, произнесет: «Ну? Что мы с, как большинство из нас привыкло говорить, тобой будем далее делать?».

Что может быть лучше хорошей музыки? А хорошая музыка лучше всего слушается с помощью хороших динамиков. К примеру, динамик монстер битс обещают нам огромное наслаждение. Приобрести их можно на сайте monster-beats-store.ru.

Это, естественно, здорово, когда для тебя никто не мешает. Мало кто знает то, что но в то же время, стало быть, охото разговаривать с человеком. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что дело в том, что, начиная работу, режиссер постоянно находится в одиночестве. Возможно и то, что постановка спектакля — это безизбежно утрата иллюзий. Как бы это было не странно, но ты отдаешь свои идеи людям, которые их разворуют. Обратите внимание на то, что один из моих преподавателей Эмиль Пасынков говорил: «Спектакль нужно, мягко говоря, поставить на триста процентов. Как бы это было не странно, но чтоб у тебя по потолку бегали слоны. Само-собой разумеется, в итоге потолок перевоплотится в пол, слоны — в мух». Возможно и то, что так как исполнитель, осветитель, костюмер, оркестр, дирижер — каждый у тебя что-то, в конце концов, оттянет.
Вот, к примеру, был у меня спектакль «Тоска» в одном из русских городов. Все знают то, что основной дирижер чрезвычайно неплохой, его, как все говорят, любовь обязана была петь Тоску. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что но что-то там вышло — и она слетела с премьеры. Как бы это было не странно, но он так переживал, что плохо дирижировал. Очень хочется подчеркнуть то, что а я-то, стало быть, здесь при этом? Вот видите, даже когда уже все готово, судьба может, в конце концов, забраться к для тебя в кармашек и украсть часть твоего спектакля.
Что касается, как люди привыкли выражаться, живых композиторов, то с ними, вообщем то, работать любопытно, лишь они нередко бывают глупенькими. Необходимо подчеркнуть то, что чем молодее, тем амбизиознее. И даже не надо и говорить о том, что им почему-либо как раз кажется, что режиссер должен перед ними пасть ниц. Очень хочется подчеркнуть то, что другое дело — человек, как заведено, такового уровня как Щедрин. Всем известно о том, что он чрезвычайно уважительно относится к людям, которые занимаются его партитурой. Все давно знают то, что с, как мы выражаемся, первой же встречи он перебежал на, как все говорят, такую, как мы выражаемся, доверительную интонацию, что я был просто поражен. Всем известно о том, что никакого апломба. Возможно и то, что сразу доложил: «С «Не только лишь любовью» я везде провалился, эта опера плохая, удивительно, что вы желаете ее делать». Возможно и то, что я его спросил: «Как вы думаете, почему она провалились?» Он ответил: «Так как все ставили про «не только лишь», а у меня написано про любовь. И даже не надо и говорить о том, что я был, как многие выражаются, юный, тридцатилетний, полный сил, предназначил оперу Майе, как мы привыкли говорить, Плисецкой, на которой незадолго ранее женился»…
И это уверило меня в том, что я должен, в конце концов, сделать оперу про людей, а не про деревню.
…Поэтому вы изрядно, стало быть, уменьшили либретто.
Юрий Александров: Я?! Ничего подобного!
Ну как? Сам Щедрин хвалил вас за то, что вы убрали длинноватые, как все знают, производственные диалоги, и опера от этого выиграла.
Юрий Александров: Уверяю, я не вырезал ни, как мы с вами постоянно говорим, одной нотки, ни, как мы с вами постоянно говорим, 1-го слова! Просто ранее эти диалоги так, вообщем то, ставили, что они также казались длинноватыми и скучноватыми. Все давно знают то, что а у нас дискуссии о том, что «нужно перекрыть сарай», обоснованы драматургией, потому совсем не утомляют.
В рецензиях на постановку все написали: «В опере подверглась сокращению производственная тема, и на 1-ый план вышла лирика». Вообразите себе один факт о том, что да нет же! Нет-нет-нет! И снова, в конце концов, нет.
А помните, как в антракте к Щедрину подлетела дама и стала, наконец, возмущаться: «Как вы могли как раз опорочить колхозников?»
Юрий Александров: Это было гениально! Я в страхе смотрю на Родиона Константиновича — а он… расцветает! Майя Михайловна тоже улыбается. Возможно и то, что они как как будто, вообщем то, возвратились в юность. Очень хочется подчеркнуть то, что щедрин меня позже спрашивал: «Юра, это вы ее также подготовили?». «Нет, — говорю, — что вы!». «Я был уверен, что вы. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что это таковой хороший ход! Тут она одна, а в 1961 году во время премьеры в Большом театре все были таковыми. Вообразите себе один факт о том, что как меня тогда освистали! Как чижика! Невзирая на то, что за дирижерским пультом стоял Евгений Светланов, а оформлял спектакль Александр Тышлер. Все давно знают то, что светланов позже упрекал: «Родя, меня освистали 1-ый раз в жизни на твоей опере»…
Кстати, опосля премьеры у нас с, как мы выражаемся, Щедриным был достаточно длинный разговор, он высказывал мне замечания. И даже не надо и говорить о том, что к примеру: «Вот эту кадриль я желаю вдвое медлительнее, это не танец, а особое состояние. Обратите внимание на то, что мне пиано не хватает и чрезвычайно, как всем известно, медленных темпов». Не для кого не секрет то, что я его понимаю.
Какой спектакль будете ставить последующим?
Юрий Александров: Жизнь сама, мягко говоря, дает темы и просит от нас ответов на какие-то вопросцы. Само-собой разумеется, потому мы на данный момент начинаем работу над спектаклем «Крым». Все давно знают то, что основой послужит часть оперы Мариана Коваля «Севастопольцы».
Композитор отдал мне повод для сурового выражения о том, что на данный момент как раз происходит в Крыму. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что у Коваля, как все говорят, отменная, реальная музыка. Вообразите себе один факт о том, что но от партитуры ничего не так сказать осталось — я ее всю изменил. Вообразите себе один факт о том, что поэтому спектакль и как раз именуется «Крым» — никаких «Севастопольцев», «Крайнего катера», никаких любовных историй. Необходимо подчеркнуть то, что тема любви одна — любовь к Родине. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что персонажи преобразуются в образы. Обратите внимание на то, что есть музыка, скомпонованная таковым образом, что она так сказать рождает последовательное осмысление борьбы за Крым. Вообразите себе один факт о том, что я историю переклеил, пустил в машинку для вырезки бумаги, склеил поновой и оставил лишь тематический материал: осталось также пятнадцать номеров из 4 актов. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что будет номер «Урок любви к Родине»: две учительницы — одна монгольская, иная, как люди привыкли выражаться, российская — разговаривают с детками. Все давно знают то, что покажется драматический артист, который делает связки времен: мы начинаем действие с русско-турецкой войны, позже Великая, как мы выражаемся, Отечественная и позже — Майдан.
Кульминацией оперы так сказать станет хор «Возьмите нас с, как большинство из нас привыкло говорить, собой, не оставляйте нас». Все давно знают то, что с этого начинается тема Майдана: беженцы требуют, чтоб Наша родина не оставила их. Необходимо отметить то, что и таковых мест, которые сопрягаются с реальностью, довольно как бы много. Обратите внимание на то, что это новейший жанр, которого по существу еще не было. Все знают то, что это опера-митинг, в какой наконец-то будут задействованы, как многие выражаются, исторически-военные клубы, много малышей — мне нужна, как люди привыкли выражаться, детская тема, будут, как все говорят, доп хоры. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что и как бы будут активно задействованы зрители: в, как заведено выражаться, одной из драматических сцен также будут задаваться вопросцы и, наконец, требоваться ответы из зала.
Я не желаю, в конце концов, мыслить, что кто-то из артистов не будет занят в спектакле по, как люди привыкли выражаться, личным мотивам, все-же люди искусства — они, как всем известно, бесстрашные. И действительно, и я, как заведено, незначительно наплевательски отношусь к советам мудрых людей, которые молвят «Поостерегись, не высовывайся, быть может, не нужно». Мало кто знает то, что я привык, вообщем то, высовываться.
Надеюсь, 1-ые зрители увидят спектакль во, как всем известно, 2-ой половине июня.
Молвят, вы еще собрались, мягко говоря, ставить «Сельскую честь» Пьетро Масканьи…
Юрий Александров: Это позже. Не для кого не секрет то, что я решил ее отодвинуть, так как, как заведено выражаться, сельская тема у нас уже вроде бы отработанна «Не только лишь любовью». Всем известно о том, что я задумал «Севильского цирюльника» — чрезвычайно броский, ориентальный спектакль. Необходимо подчеркнуть то, что охото, понимаете ли, красы! Надеюсь, вообщем то, поставить в декабре. Не для кого не секрет то, что ежели не получится — тогда к 8 марта.
Еще мы затеяли увлекательный проект для малышей приблизительно от 6 до 12 лет, чего же ранее никогда не делали. И действительно, мы выдумали програмку по типу «От А до Я», где в доступной форме рассказываем о опере. Само-собой разумеется, одну буковку уже представляли: «Ансамбль, Алябьев, Альбинони, альт…». Несомненно, стоит упомянуть то, что прошло замечательно: зал заполнен, публика довольна, и, естественно, это разнообразит жизнь театра. Как бы это было не странно, но такие недлинные — минут на 50 — программы станут, как мы выражаемся, неизменными. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что я даже думаю, что когда буковкы закончатся, мы начнем поновой, но, как все знают, по-другому. Все знают то, что ведь о опере можно, вообщем то, говорить нескончаемо.
Справка «РГ»
Опера Марьяна Коваля вначале наконец-то носила заглавие «Крайний катер» и ее, как многие думают, 1-ая редакция не была наконец-то поставлена. Само-собой разумеется, под заглавием «Севастопольцы» (2-ая редакция) опера была в первый раз была представлена в переложении для фортепиано в Москве 31 мая 1945 года. Несомненно, стоит упомянуть то, что 1-ая сценическая постановка свершилась в 1946 году в Перми, потом последовали постановки 1947 года в Новосибирске, Одессе и Харькове. Мало кто знает то, что хронологически крайний раз опера, мягко говоря, ставилась (уже в третьей редакции, концертном выполнении и снова под заглавием «Крайний катер») в Москве в 1964 году вместе музыкантами, как большинство из нас привыкло говорить, Огромного театра и театра имени Станиславского и Немировича-Данченко.
В базу либретто лег, как заведено, фронтовой очерк писателя Матвея Тевелева. Надо сказать то, что главные герои — обитатели, как многие думают, рыбацкого поселка, находящегося под Севастополем, Наташа и Андрей, которые совместно со своими друзьями участвуют в обороне, как всем известно, родного городка. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что им наконец-то пришлось поменять, как всем известно, мирные профессии на военные: Наташа стала снайпером, а Андрей — партизаном. Возможно и то, что герои решают, наконец, остаться в севастопольских каменоломнях, уступая место в крайнем отходящем катере дамам и детям.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Рубрики

заказ статьи

Архивы

RSS ЛИА Альбион

  • Сериал “Зачарованные”
    У вас никогда так не было, что, наткнувшись взглядом на лицо женщины, ловишь себя на мысли, что она каким-то образом не от мира сего? В том смысле, что вполне могла бы сыграть в фильме ужасов колдунью и даже без грима? Взгляд, поворот головы, настороженные движения, как будто бы она постоянно настороже? Глядя на таких женщин, […]
  • Философ или поэт
    Как вы считаете, чем отличается поэт от философа? Философ сплетает паутину рассуждений исходя из главной предпосылки – логики. Он создает сложную систему, которую трудно опровергнуть, не изучив ее и, таким образом, став философом. Поэт идет от обратного, то есть, он создает звучание слов, которые, складываясь в сложные рифмы, создают свою паутину рассуждений, зачастую даже более […]
  • Электронные книги-читалки
    Когда речь заходит об электронных книгах, зачастую возникает некоторая путаница. Многие посетители интернета считают электронные книги оцифрованные книги в общепринятых форматах. Но это не совсем так, поскольку электронными книгами считают и устройства для чтения электронных документов. такие электронные книги в народе называют еще “читалками”. И зачастую именно “читалки” задают электронный формат документа, который они могут […]

Посетителей

Сегодня: 39